Реферат: Валентин турчин инерция страха социализм и тоталитаризм

Реферат: Валентин турчин инерция страха социализм и тоталитаризм

Железный наш кулак сметает все преграды. Стругацкий3 Другой характерной чертой перехода тоталитарного общества в стационарный режим является перенос центра тяжести пропаганды с поклонения конкретным людям — героям, полубогам, которым мы обязаны нашей счастливой жизнью, на поклонение более абстрактным, но зато непрерывно воспроизводящимся понятиям: Один американский журналист спросил меня как-то: Кем их учат восхищаться в школе и кем они на самом деле восхищаются? Я вдруг заметил, что у нас больше нет культа героев, который был характерен для времен моего детства. В тридцатые годы Валерий Чкалов был кумиром буквально каждого мальчишки в стране.

Турчин Валентин - Инерция страха. Социализм и тоталитаризм

В данной работе В. Турчин анализирует сущность политических строев, существовавших в СССР и странах Запада в е гг. Основное внимание уделяется системным аспектам: Автор удивительно тонко и точно описывает разницу между оригинальными идеями социализма и их конкретной реализацией, а также объясняет, на каких принципах, по его мнению, может быть построен социализм, ориентированный на свою оригинальную идею - творческую интеграцию разных людей.

В заключительной части книга производится анализ текущей идеологии стран Запада и его недостатков на основе произведений Маркузе и Тоффлера.

Читать онлайн Инерция страха. Социализм и тоталитаризм автора Турчин Валентин Фёдорович - RuLit - Страница

Как страничка в своем букваре. Но это не весь ответ. В 46 лет пересаживаться на чужую почву — это значит никогда на ней полностью не прижиться. Об этом нет и речи. Он как бы связующее звено между двумя странами, которое полностью не принадлежит ни одной из них. Не слишком приятная ситуация. Правда, она имеет и свои плюсы: Но все-таки, если бы можно было этого избежать — я оттягивал эмиграцию до самого последнего момента, до того, как тюрьма стала неизбежной — я бы ни за что не уехал.

Это вопрос выбора между либеральной и религиозной концепцией. В последнее время мир движется в сторону либерализма, в сторону Человека.

Социализм и тоталитаризм Валентин Турчин. В данной работе В. Турчин анализирует сущность политических строев, существовавших в СССР и странах Запада в е гг. Основное внимание уделяется системным аспектам: Автор удивительно тонко и точно описывает разницу между оригинальными идеями социализма и их конкретной реализацией, а также объясняет, на каких принципах, по его мнению, может быть построен социализм, ориентированный на свою оригинальную идею - творческую интеграцию разных людей.

Валентин Турчин - Инерция страха. Социализм и тоталитаризм. Чтение онлайн. Страница

Железный наш кулак сметает все преграды. Стругацкий3 Другой характерной чертой перехода тоталитарного общества в стационарный режим является перенос центра тяжести пропаганды с поклонения конкретным людям — героям, полубогам, которым мы обязаны нашей счастливой жизнью, на поклонение более абстрактным, но зато непрерывно воспроизводящимся понятиям: Один американский журналист спросил меня как-то: Кем их учат восхищаться в школе и кем они на самом деле восхищаются?

Я вдруг заметил, что у нас больше нет культа героев, который был характерен для времен моего детства. В тридцатые годы Валерий Чкалов был кумиром буквально каждого мальчишки в стране. Для нынешнего поколения с ним можно сравнить только Юрия Гагарина, но я уверен, что по глубине и искренности внушаемого им восхищения, а также по числу подражателей Чкалов намного опережает Гагарина.

Да разве только Чкалов? Я до сих пор помню эти четыре имени: Папанин, Кренкель, Федоров и Ширшов.

Валентин Турчин – Инерция страха. Социализм и тоталитаризм

Война магов Александр Прозоров Тяжка ноша — знать будущее. Эмили Джилли Купер Став женой неотразимого и непредсказуемого Рори Бэлнила, Эмили жаждет одного — любить и быть любимой. Социализм и тоталитаризм Валентин Турчин В данной работе В. Филиппов и др.

ИНЕРЦИЯ страха. СОЦИАЛИЗМ И ТОТАЛИТАРИЗМ. Издание второе. Нью -Йорк:"Хроника", , с. Будьте спокойны.

Семь лет спустя Каждый раз, когда я берусь писать об общественных проблемах в нашей стране, я сталкиваюсь со следующим противоречием. С одной стороны, я — убежденный эволюционист и реформист, еще точнее хотя это слово у нас мало принято — градуалист, сторонник постепенных преобразований, проводимых параллельно с эволюцией общественного сознания. В этих воззрениях я не одинок: Хотя и говорят, что история учит только тому, что она никого ничему не учит, это, к счастью, не совсем так.

Результат большевистской революции научил нас не верить пламенным призывам одним махом уничтожить правящий класс, сломать государственную машину и построить на ее обломках новое общество, справедливое и процветающее. Поэтому меньше всего хотел бы я становиться по отношению к существующему строю и правящему классу в ту позу безоговорочного отрицания, в которой находились в свое время большевики. Нам необходим критический, но конструктивный анализ ситуации. Задачу критиков я вижу не в том, чтобы противопоставить себя правящему слою как враждебную ему силу, а в том, чтобы нащупать путь, который позволил бы выйти из тупика и приступить к давно назревшим преобразованиям.

Путь этот не может не быть в той или иной степени компромиссным, он не должен угрожать интересам правящего класса до такой степени, чтобы сделать его непримиримым врагом преобразований. Ясно, что критика, преследующая такие цели, должна быть до известной степени сдержанной. Кто стремится к компромиссу, не должен разрушать для него почву. С другой же стороны, условия общественной жизни у нас в стране таковы, что когда просто называешь вещи их именами, то превращаешься, с точки зрения представителя правящего класса, в отъявленного экстремиста, с которым нет и не может быть никаких компромиссов.

Вероятно, никогда в истории человечества не было такого постоянного, повсеместного и всем обществом принятого несоответствия между словами и действительностью, как в нашей стране в течение последних ти лет. Когда человек начинает о белом говорить, что оно — белое, а о черном — черное, его за это наказывают, и он попадает в отщепенцы, диссиденты.

Инерция страха социализм и тоталитаризм

В данной работе В. Турчин анализирует сущность политических строев, существовавших в СССР и странах Запада в е гг. Основное внимание уделяется системным аспектам: Автор удивительно тонко и точно описывает разницу между оригинальными идеями социализма и их конкретной реализацией, а также объясняет, на каких принципах, по его мнению, может быть построен социализм, ориентированный на свою оригинальную идею - творческую интеграцию разных людей.

В заключительной части книга производится анализ текущей идеологии стран Запада и его недостатков на основе произведений Маркузе и Тоффлера. Семь лет спустя Каждый раз, когда я берусь писать об общественных проблемах в нашей стране, я сталкиваюсь со следующим противоречием.

ВАЛЕНТИН ТУРЧИН ИНЕРЦИЯ страха ИЗДАТЕЛЬСТВО"ХРОНИКА ВАЛЕНТИН ТУРЧИН ИНЕРЦИЯ страха СОЦИАЛИЗМ И ТОТАЛИТАРИЗМ.

Семь лет спустя Каждый раз, когда я берусь писать об общественных проблемах в нашей стране, я сталкиваюсь со следующим противоречием. С одной стороны, я — убежденный эволюционист и реформист, еще точнее хотя это слово у нас мало принято — градуалист, сторонник постепенных преобразований, проводимых параллельно с эволюцией общественного сознания. В этих воззрениях я не одинок: Хотя и говорят, что история учит только тому, что она никого ничему не учит, это, к счастью, не совсем так.

Результат большевистской революции научил нас не верить пламенным призывам одним махом уничтожить правящий класс, сломать государственную машину и построить на ее обломках новое общество, справедливое и процветающее. Поэтому меньше всего хотел бы я становиться по отношению к существующему строю и правящему классу в ту позу безоговорочного отрицания, в которой находились в свое время большевики.

Нам необходим критический, но конструктивный анализ ситуации. Задачу критиков я вижу не в том, чтобы противопоставить себя правящему слою как враждебную ему силу, а в том, чтобы нащупать путь, который позволил бы выйти из тупика и приступить к давно назревшим преобразованиям. Путь этот не может не быть в той или иной степени компромиссным, он не должен угрожать интересам правящего класса до такой степени, чтобы сделать его непримиримым врагом преобразований. Ясно, что критика, преследующая такие цели, должна быть до известной степени сдержанной.

Кто стремится к компромиссу, не должен разрушать для него почву. С другой же стороны, условия общественной жизни у нас в стране таковы, что когда просто называешь вещи их именами, то превращаешься, с точки зрения представителя правящего класса, в отъявленного экстремиста, с которым нет и не может быть никаких компромиссов. Вероятно, никогда в истории человечества не было такого постоянного, повсеместного и всем обществом принятого несоответствия между словами и действительностью, как в нашей стране в течение последних ти лет.

Когда человек начинает о белом говорить, что оно — белое, а о черном — черное, его за это наказывают, и он попадает в отщепенцы, диссиденты.

Валентин Турчин - Инерция страха. Социализм и тоталитаризм

В данной работе В. Турчин анализирует сущность политических строев, существовавших в СССР и странах Запада в е гг. Основное внимание уделяется системным аспектам: Автор удивительно тонко и точно описывает разницу между оригинальными идеями социализма и их конкретной реализацией, а также объясняет, на каких принципах, по его мнению, может быть построен социализм, ориентированный на свою оригинальную идею - творческую интеграцию разных людей.

В заключительной части книга производится анализ текущей идеологии стран Запада и его недостатков на основе произведений Маркузе и Тоффлера.

Валентин Фёдорович Турчин — советский и американский физик и кибернетик. Отец Петра Кибернетический подход к эволюции», «Инерция страха.

Именно эта черта была взята Лениным за основу, когда он переносил западное учение на восточную почву. Многое утерялось в процессе переноса, но марксистский нигилизм остался. Он дал чудовищные всходы на новой почве и привел ленинскую партию к массовому уничтожению людей, а затем и к самоуничтожению. По марксистской теории считается, что в основе всего учения лежит диалектический материализм; затем из него выводится исторический материализм, а из этого последнего — социальные и политические установки.

Можно не сомневаться, что действительное движение в процессе становления марксизма шло в обратном направлении: Тезис — материя первична, сознание вторично — сам по себе не имеет точного смысла; если под этим понимать только то, что сознание появляется на определенном уровне развития материи то есть всеобщей реальности , то это общеизвестный научный факт. Однако этот тезис включает в себя в обычной марксистской интерпретации нечто большее: Представление о творчестве и о связи этого понятия с сознанием и волей личности, которое столь характерно для современной европейской философии беря начало, по-видимому, от А.

Бергсона , полностью отсутствует в марксизме. Маркс писал, что для него процесс мысли есть только отражение процессов реальности, перенесенное в человеческую голову.

что сильнее Я или страх. Где моя Энергия, делюсь понимание в данный момент.


Comments are closed.

Жизнь без страха не только возможна, а абсолютно реальна! Узнай как победить страх, кликни здесь!